Республика Татарстан – субъект Российской Федерации, расположенный в Приволжском федеральном округе. Этнический состав населения республики весьма неоднороден: в ней проживают представители 107 этнических групп, в том числе татары (51,3%), русские (41,0 %), чуваши (3,0 %), а также украинцы, удмурты, марийцы, башкиры, евреи и др. Русское население преобладает в крупных городах и близлежащих районах, татарское – в сельской местности. Этнические меньшинства в Республике Татарстан представлены в основном выходцами из стран Кавказа и Средней Азии, большая часть которых организована в этнические диаспоры.
Республика Татарстан исконно считается регионом мирного сосуществования различных этнических групп, тем не менее, усиление миграционных процессов в последнее десятилетие заметно меняет сложившийся в республике этнический баланс. Актуальность проблемы межэтнических отношений и распространенность в этой сфере различных девиаций (этноцентризма, дискриминации и социального исключения этнических меньшинств) обусловило заметный интерес к данным феноменам многих зарубежных и отечественных социологов. Начало рассмотрению конфликтов между этническими общностями было положено, по всей видимости, Г. Зиммелем, который обратил внимание на основные характеристики конфликта между социальными группами, проживающими в общем социальном пространстве, и определил механизмы, ответственные за формирование этнически ориентированных дискриминационных практик в исторической ретроспективе (Зиммель, 1996).
Базовой теорией, которая позволяет исследовать вопросы межэтнических девиаций, является, на наш взгляд, теория этнических границ (Barth, 1969). Согласно этой теории, этнические границы являются частью более широкого понятия – социальных границ, которые делят человеческое общество на различные группы (религиозные группы, социальные классы, расы и т.д.). Этнические границы отделяют «нас» от «других», в число которых, безусловно, входят и «чужие», который враждебны по отношению к «нам». (Под «Чужими» мы понимаем определенную часть «Других», которые воспринимаются как враждебные и опасные, и соответственно, в большей степени являются объектом различных форм межэтнических девиаций.). Этническая граница, будучи символической реальностью, не является чем-то постоянным: она меняется с течением времени и может различаться даже для разных возрастных групп двух этнических общностей. Например, городской молодежи Татарстана определить этническую границу между русскими и татарами в большинстве случаев представляется затруднительным. Однако когда речь идет о «чужих» этнических группах, этническая граница между «нами» и «чужими» всегда явственно «очерчена», то есть сконструирована.
Таким образом, этническая дискриминация наиболее часто направлена по отношению к той части «других», которые репрезентируются в качестве «чужих»: враждебных, не имеющих ничего с «нами» общего, не признающих «нашу» культуру, иначе говоря «врагов». Это делается с целью придать хоть какой-то оттенок легитимности происходящим дискриминационным процессам. В то же время образ «чужого» этноса, будучи социальным конструктом (Aho, 1994), нуждается в постоянном реконструировании в сфере символической реальности. Механизмы ассоциирования определенных этнических групп с «чужими» различны – это и медиа-стереотипы (Djik, 1999; Дробижева, 2003; Малахов, Тишков 2002), и академический дискурс (Воронков, Карпенко, Осипов, 2002), и воспроизводство этнических стереотипов через шутки и клички, оскорбляющие достоинство определенных этнических групп (т.н. бытовой расизм) (Essed 1991, Davies 1990, Кузнецов, 1998, Солдатова, 1998).
В данной статье обобщаются результаты ряда исследований (2004-2005), посвященных изучению межэтнической дистанции и проявлений этнической нетерпимости. Количественное исследование методом анкетирования было проведено в мае 2005 года в высших учебных заведениях городов Казани, Набережные Челны, Нижнекамска и Альметьевска в рамках международного исследовательского проекта «Национальное самосознание и межнациональные отношения глазами современной российской молодежи», выполняемого при содействии Академии наук Финляндии. Общий объем выборки составил 595 человек в возрасте от 17 до 23 лет (мужчин в выборке оказалось 37,5 процента, женщин – 62,5 процента). При этом к русским себя отнесли 39,5 процента опрошенных, к татарам – 56,5 процента, к другим этническим группам – 4 процента, что в целом соответствует данным Государственного комитета по статистике Республики Татарстан об этническом составе населения республики.
Следует отметить, что выбор студенческой молодежи в качестве предмета количественного исследования не является случайным. Проведенное в 2004 г. исследование межэтнической дистанции в Республике Татарстан (Салагаев, Сафин, Туриянский, 2005) показало, что молодые жители республики более склонны дистанцироваться от представителей других этнических групп, проживающих в России и странах ближнего зарубежья, чем население в целом. Данный факт позволил выдвинуть гипотезу о том, что молодежь в республике не только менее толерантна к представителям других этнических групп, но и более индифферентно относится к проявлениям этнической дискриминации по отношению к этническим меньшинствам в повседневной жизни.
Наряду с количественными исследованиями, в июне 2004 г. и летом-осенью 2005 г. был проведен экспертный опрос, в ходе которого опрошены 25 экспертов, среди которых государственные служащие, сотрудники правоохранительных органов, представители научного сообщества и руководители национально-культурных автономий Республики Татарстан. Кроме того, в исследовании в качестве респондентов приняли участие и молодые жители Татарстана, которым задавались вопросы об отношении к приезжим, оценке межэтнических отношений и т.д.
В основу исследования межэтнической дистанции была положена модифицированная шкала измерения межэтнической (межкультурной) дистанции, предложенная в двадцатых годах XX века американским ученным Эмори Богардусом (Bogardus, Davis, 1928). Данный метод основывается на представлении о том, что члены одних этнических групп дифференцированно относятся к представителям иных этнических групп, что обуславливает возникновение социальной (межэтнической) дистанции между этими группами. Богардус сформулировал список суждений, представляющих различные степени социальной близости и дистанции. Шкала суждений включала такие показатели, как тесное родство посредством брака (минимальная этническая дистанция), дружба, соседство, принадлежность к профессиональной группе респондента, гражданство страны респондента, посещение страны в качестве гостя, неприятие вплоть до отказа в приезде в страну (максимальная этническая дистанция).
Для определения межэтнической дистанции по шкале Э. Богардуса были выбраны этнические группы, проживающие в Татарстане (русские, татары), и этнические группы, которые, по результатам различных исследований, наиболее часто представляются как «чужие» (цыгане, евреи, азербайджанцы, чеченцы). Согласно результатам исследования, наименьшая межэтническая дистанция наблюдается между русскими и татарами.
Как показывают результаты исследования, наиболее дистанцированной от резидентной части населения Татарстана группой являются цыгане (следует учитывать, что под «цыганами» на бытовом уровне могут подразумеваться и выходцы из Средней Азии, которые занимаются попрошайничеством в различных городах России): значительное количество респондентов не признает их право даже быть на территории нашей страны (42,3 %). Чуть менее трети (29,3 %) согласны воспринимать цыган в качестве гостей, а вот дружить с ними готов лишь каждый двенадцатый (8,4 %).
Негативное отношение имеет место и по отношению к чеченцам: каждый третий опрошенный (33,3 %) высказался за то, чтобы запретить доступ чеченцам на территорию России. В качестве гостей готов воспринимать чеченцев каждый пятый опрошенный (19,9 %), примерно вполовину меньшее количество опрошенных готово поддерживать с чеченцами соседские и дружеские отношения (10,7 % и 11,0 % соответственно).
Более «теплыми» выглядит отношение к азербайджанцам и евреям. Не желает видеть азербайджанцев на территории России почти шестая часть респондентов (14,9 %), евреев – восьмая часть (12,4 %). Чуть менее половины готовы воспринимать азербайджанцев в качестве гостей (41,8%), поддерживать дружеские и соседские отношения готовы 10,8 и 12,7 процента опрошенных соответственно. Воспринимать евреев в качестве гостей в России готов каждый четвертый (25,9 %), примерно одинаковое количество готово поддерживать с евреями дружеские и соседские отношения (15,5 и 15,7 % соответственно).
В целом, если антисемитизм можно назвать традиционной формой девиации в межэтнических отношения, то негативное отношение к цыганам, чеченцам и азербайджанцам – это характеристика уже современной эпохи, связанной с формированием в массовом сознании четких этнических стереотипов о тех или иных этнических группах. Так, цыгане ассоциируются с бродяжничеством, попрошайничеством и совершением преступлений (особенно наркоторговлей), азербайджанцы – контролем над открытыми рынками. Чеченцы очень часто воспринимаются не иначе как «Чужие» или «Враги», вследствие затянувшейся военной операции на территории Чеченской Республики и террористических актов с т.н. «чеченским следом».
Полученные результаты находит подтверждение, в частности, в оценке представителями молодежи межэтнических отношений:
«Выходцев из Средней Азии и Кавказа не особо любят, многие не довольны, что они заполонили рынки, ведут себя по-наглому, отнимают у населения рабочие места. У меня самого неприязни к ним нет, точнее говоря, может быть неприязнь к отдельным представителям данных национальностей, но не ко всем. Я думаю, что данная точка зрения достаточно типична, обычно не любят конкретных людей» (С.А., 18 лет, студент).
Результаты исследования межэтнической дистанции по шкале Богардуса укладываются в гипотезу о влиянии распространенных в обществе норм и культурных ценностей на оценку и конструирование определенного образа той или иной этнической группы как фактора потенциальной дискриминации. (Vander Zanden, 1972.)
Для анализа существующих в Республике Татарстан дискриминационных практик респондентам были заданы вопросы об оценке существующих межэтнических отношений и фактах дискриминации по этническому признаку в СМИ, в процессе обучения и приема на работу, в системе государственной службы и т.д.
Результаты исследования показывают, что межэтнические отношения воспринимаются как напряженные незначительным количеством (всего 2,4%) опрошенных, хотя более трети респондентов (39,5%) признают, что межэтнические отношения и далеки от идеальных. Полностью положительными и добрососедскими считают отношения между этносами в Республике Татарстан только 14,1 процента респондентов. Примечательно, что при анализе ответов на данный вопрос не прослеживается одностороннего освещения данной проблемы: аналогичные суждения были высказаны приблизительно одинаковым количеством как русских, так и татар (См. табл. 1).
Таблица.1. Распределение ответов на вопрос: «Как Вы оцениваете состояние межэтнических отношений в Республике Татарстан?»
| Частота | Доля | |
| Конфликтные | 14 | 2,4 |
| Довольно конфликтные | 56 | 9,5 |
| Временами конфликтные | 233 | 39,5 |
| Достаточно мирные | 204 | 34,6 |
| Позитивные, добрососедские | 83 | 14,1 |
| Всего | 590 | 100 |
Оценка межэтнической ситуации респондентами количественного исследования в целом коррелирует с аналогичной оценкой, полученной в ходе экспертного опроса. Признавая наличие в данной сфере определенных проблем, эксперты, тем не менее, констатируют, что по напряженности межэтнической ситуации Татарстан отличается в лучшую сторону от других регионов России:
«(В Москве) Меня прямо в метро скинхеды чуть было не избили, кое-как вырвался. Это было … на Площади революции. Открыто… как только не обзывали, а в Татарстане такого не чувствуется. Работать не мешают» (И.М., зам.пред. НКО).
Тем не менее, эксперты признают, что межэтнический баланс в Республике Татарстан может быть нарушен, учитывая бесправность и социальную незащищенность трудовых мигрантов, приток которых постоянно возрастает:
«На мой взгляд, (проблемы межэтнических отношений) не существует, но они могут возникнуть в любой момент, потому что это бомба замедленного действия. Это может возникнуть из-за ущемления прав меньшинств (трудовых мигрантов)» (У.К., пред.НКО).
Мнение о том, что именно трудовая миграция привносит определенные проблемы в сферу межэтнических отношений, подтверждается и другим экспертом:
«Вообще мигранты если … их становится (слишком) много, то они создают проблему для страны. Особенно в России, когда страна экономически не развита…» (Щ., зам.пред НКО).
Чуть менее половины респондентов (41,0%) отметили, что встречались в СМК с материалами, унижающими достоинство и оскорбительными для этнических групп, к которым они принадлежат. Наибольшее количество подобных материалов, по свидетельству опрошенных, присутствует в телевизионных передачах (36,2%), а также в печатных СМИ (21,8%). Замыкает тройку источников подобных материалов всемирная сеть Интернет – в ней материалы, оскорбляющих этническое достоинство, видел практически каждый десятый (8,6%) (См. табл.2).
Таблица 2. Распределение ответов на вопрос: «Где Вы встречали материалы, оскорбляющие Ваши национальные чувства?»| Частота | Доля | ||
| Газеты, журналы | 53 | 21,8 | |
| Радио | 6 | 2,5 | |
| Телевидение | 88 | 36,2 | |
| Интернет | 21 | 8,6 | |
| Другой источник | 6 | 2,5 | |
| Несколько источников | 69 | 28,4 | |
| Всего | 243 | 100,0 | |
Результаты исследования показывают также, что распространенным источником воспроизводства негативных этнических стереотипов являются анекдоты и шутки, оскорбляющие те или иные этнические группы. Подавляющее большинство респондентов сталкивалось с ними часто (45,6%) или иногда (40,2%). Никогда с подобными проявлениями не сталкивалось менее шестой части респондентов (14,2%) (См. табл. 3).
Таблица 3. Распределение ответов на вопрос: «Приходилось ли Вам слышать или читать анекдоты или шутки, задевающие национальное достоинство других народов?» Частота Доля
Часто 270 45,6
Иногда 238 40,2
Никогда 84 14,2
Всего 592 100,0
Описывая обстоятельства, в которых респонденты слышали такие шутки и анекдоты, около трети респондентов (27,9%) упомянуло печатные СМИ; каждый пятый респондент отметил, что подобные шутки и анекдоты они слышали в разговорах с друзьями (См. табл.4).
Таблица 4. Распределение ответов на вопрос: «Где Вам приходилось слышать или читать анекдоты или шутки, задевающие национальное достоинство других народов?» Частота Доля
В разговорах с друзьями/знакомыми 115 22,7
На улице 27 5,3
Журналы или газеты 141 27,9
Интернет 19 3,8
Телевидение 23 4,5
Другой источник 17 3,4
Несколько источников 164 32,4
Всего 506 100,0
Блок вопросов в исследовании был посвящен этнической дискриминации. Проведенные ранее экспертные опросы показали, что факты дискриминации имеют место в Республике Татарстан, хотя не в явной форме. Приведем наиболее типичное высказывание, характеризующее степень распространенности дискриминации в республике:
«Дискриминация, естественно, есть, но не в открытой форме» (И.М., зам.пред. НКО)
Согласно ответам опрошенных в ходе количественного исследования, никогда не подвергалось ущемлению своих прав и несправедливому к себе отношению вследствие этнической принадлежности более половины респондентов (58,0%); на то, что отдельные случаи такого ущемления имели место, однако они не имели серьезных последствий, указали 37,8 процента опрошенных. Примечательно, что среди опрошенных, не относящих себя к русскому или татарскому этносу, практически все заявили, что иногда испытывали дискриминацию по этническому признаку (См. табл.5).
Таблица 5. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами ущемления Ваших прав и несправедливым отношением к себе в связи с национальным (этническим) происхождением?» Частота Доля
Никогда 345 58,5
Иногда 223 37,8
Часто 22 3,7
Всего 590 100,0
В то же время лишь чуть более четверти респондентов (26,6%) ни разу не являлись свидетелями дискриминации по этническому признаку других людей. Доля заявивших о фактах нарушения по этническому признаку прав других людей значительна: часто с этим сталкивались 22,7% респондентов, изредка – половина респондентов (50,7%) (См. табл.6).
Таблица 6. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами нарушения прав других людей из-за их национального (этнического) происхождения?» Частота Доля
Никогда 157 26,6
Иногда 299 50,7
Часто 134 22,7
Всего 590 100,0
Распространенным вариантом ущемления прав человека является отказ в трудоустройстве или приеме в учебные заведения. Хотя бы раз сталкивался с этим явлением каждый третий опрошенный (31,8%), часто – 14,3 процента респондентов (См. табл.7).
Таблица 7. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами отказа в приеме на работу (учебу) по национальному признаку?» Частота Доля
Никогда 317 53,9
Иногда 187 31,8
Часто 84 14,3
Всего 588 100,0
Тем не менее, абсолютное большинство (88,2%) выразило уверенность в отсутствии профессий, недоступных им вследствие их этнического происхождения (См. табл.8).
Таблица 8. Распределение ответов на вопрос: «Существуют ли должности, которые недоступны для Вас из-за Вашего этнического происхождения?» Частота Доля
Нет, не существует 521 88,2
Да, такие должности есть 60 10,2
Другое 10 1,7
Всего 591 100,0
С неприязненным отношением к представителям других этнических групп, приезжающих на постоянное место жительство, изредка сталкивалась почти половина опрошенных (42,7%), а почти треть (32,0%) заявила о том, что это привычное явление (См. табл. 9). О распространенности данного явления говорят и результаты экспертного опроса:
«…существует некое напряжение между приезжими и коренными жителями, потому что приезжие отнимают рабочие места у коренных жителей, и хочешь не хочешь, какая-то неприязнь будет. «Вот, понаехали тут», часто говорят, «забирают наш хлеб» (С.М., член НКО).
Таблица 9. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами неприязненного отношения к людям других национальностей, приезжающим на работу и постоянное место жительства в Ваш город/поселок?» Частота Доля
Никогда 149 25,3
Иногда 252 42,7
Часто 189 32,0
Всего 590 100,0
С негативным отношением к представителям иных этнических групп во время учебы в школе сталкивался каждый десятый (10,5%) (См. табл. 10).
Таблица 10. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами неприязненного отношения к ребятам других национальностей в Вашем классе/школе?» Частота Доля
Никогда 292 49,7
Иногда 234 39,8
Часто 62 10,5
Всего 588 100,0
С фактами неприязненного отношения к жителям других республик бывшего Советского Союза, занимающихся бизнесом, торговлей сталкивался часто каждый третий респондент (30,8%), и приблизительно такое же количество опрошенных никогда не были свидетелями подобного отношения (28,8%) (См. табл.11).
Таблица 11. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами неприязненного отношения к жителям других Республик бывшего Союза, занимающихся бизнесом, торговлей в городе?» Частота Доля
Никогда 170 28,8
Иногда 238 40,3
Часто 182 30,8
Всего 590 100,0
С проявлениями у некоторых людей предрассудков, мешающих установлению дружеских отношений между представителями разных этнических групп, никогда не приходилось сталкиваться каждому третьему опрошенному (32,3%), тогда как хотя бы один раз с этим сталкивалась почти половина опрошенных (48,4%) (См. табл.12). Об этом говорят в интервью молодые люди:
«…для местных жителей они (приезжие из Средней Азии и Кавказа) как чукчи местные, на которых можно свалить проблемы преступности, торговли и т.д. Их не ненавидят, но и не любят, относятся к ним предвзято (Р., 21 год, студент).
Таблица 12. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами проявления у некоторых людей предрассудков, мешающих установлению дружеских отношений между людьми разных национальностей?» Частота Доля
Никогда 190 32,3
Иногда 285 48,4
Часто 114 19,4
Всего 589 100,0
О том, что ему часто приходится быть свидетелями хулиганских действий и нарушения общественного порядка на национальной почве, заявил каждый пятый опрошенный (23,0%), а почти половина сталкивалась с аналогичными действиями изредка (46,8%) (См. табл.13).
Таблица 13. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами хулиганских действий и нарушения общественного порядка на национальной почве?» Частота Доля
Никогда 178 30,3
Иногда 275 46,8
Часто 135 23,0
Всего 588 100,0
С фактами националистической пропаганды никогда не сталкивались более трети респондентов (38,0%), изредка сталкивалось чуть менее половины респондентов (45,3%). Часто сталкивались с националистической пропагандой 16,7% респондентов (См. табл.14).
Таблица .14. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами националистической пропаганды?» Частота Доля
Никогда 223 38,0
Иногда 266 45,3
Часто 98 16,7
Всего 587 100,0
Оскорбительные клички, задевающие национальное достоинство, также являются достаточно распространенным явлением. Чуть менее половины респондентов (47,9%) изредка сталкивались с подобными кличками. О том, что с оскорбительными кличками приходится сталкиваться очень часто, упомянул каждый пятый респондент (20,7%) (См. табл. 15).
Таблица .15. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами употребления оскорбительных кличек и прозвищ по отношению к людям других национальностей?» Частота Доля
Никогда 185 31,4
Иногда 282 47,9
Часто 122 20,7
Всего 589 100,0
Эксперты также отмечают подобные проявления «бытового расизма»:
«Прежде всего, это на таком уровне, как слова «чурка» – это ведь очень обидно…» (У.К., пред. НКО)
Преобладание представителей одной этнической группы в системе государственного управления было отмечено многими респондентами. Никогда с данным явлением не сталкивалось лишь 35,0% респондентов, тогда как в остальных случаях респонденты были этому свидетелями: каждый пятый (23,1%) заявил о том, что подобное положение дел встречается очень часто, чуть менее половины (41,9%) находят его отдельные проявления (См. табл. 16).
Таблица 16. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами непропорционального представительства в местных органах власти национальностей, проживающих в данном регионе?» Частота Доля
Никогда 206 35,0
Иногда 247 41,9
Часто 136 23,1
Всего 589 100,0
Мнение о распространенности и злободневности данного явления находит отражение и в высказываниях экспертов:
«У нас в Республике невозможно занять сколь либо приличную должность, если ты не родом из Актанышского района» (Ю.К., социолог).
«…в органах, где оказывается наибольшее влияние на общественную жизнь, там русских меньшинство. … имеет место отказ в доступе к властным ресурсам, правда это в последнее время изменилось немного. В Аппарате президента, в министерствах, Кабмине русские есть, сейчас соотношение один к трем, но и те, кто имеется, это исполнители, технический персонал, а вот тех, кто определяет политику, таких нет. Несмотря на то, что есть фамилии Швецов, Васильев, Когогин, они не определяют политику. Потом в некоторых министерствах вообще есть национальный ценз, например Минобразования, там практически лишь одна замминистра Боговарова, больше никого нет. Министерство культуры – вообще министерство татарской культуры, там никто вопросы русской культуры не понимает и не хочет решать» (Щ., зам.пред. НКО).
Респонденты также отмечают практику назначения на руководящие и престижные должности на основе этнической принадлежности: почти трети респондентов (31,1%) приходилось сталкиваться с этим очень часто, более чем трети (38,1%) – изредка. Среди респондентов, относящих себя к русским, показатель лиц, часто сталкивающихся с подобным фактом этнической дискриминации, почти в два раза выше, чем среди тех, кто относит себя к татарам (43,7% и 23,0% соответственно) (См. табл.17).
Таблица 17. Распределение ответов на вопрос: «Как часто Вам приходилось в повседневной жизни сталкиваться с фактами назначения на руководящие или престижные должности по национальному признаку?» Частота Доля
Никогда 181 30,8
Иногда 224 38,1
Часто 183 31,1
Всего 588 100,0
Таким образом, по результатам исследования можно констатировать, что ряд этнических групп, временно или постоянно проживающих на территории Республики Татарстан, для значительной части студенческой молодежи являются «чужими». Самой «чужой» этнической группой являются цыгане, следующие за ними – чеченцы. Несмотря на то, что межэтническую ситуацию в республике нельзя назвать напряженной, в данной сфере существует ряд проблем. К таковым можно отнести разнообразные факты дискриминации по этническому признаку, воспроизводство стигматизирующих этнических стереотипов, наличие в СМК материалов, унижающих достоинство отдельных этнических групп.
Проведенное исследование показывает, что межэтнический баланс в Республике Татарстан находится в зависимости от дискриминационных практик, осуществляемых в отношении этнических меньшинств, в частности трудовых мигрантов, приток которых на территорию Республики Татарстан возрастает с каждым годом. Рост дискриминационных тенденций в обществе показывает и тот факт, что практически по всем видам дискриминационных практик была выявлена значительная доля респондентов, которые хоть и не часто, но все же сталкивались с данными явлениями.
Полученные в ходе исследования результаты подтверждаются и мнением экспертов в области межэтнических отношений, которые, признавая, что республика является традиционно толерантной в вопросах отношений между этносами, тем не менее, выражают озабоченность определенными тенденциями их развития. Существующие проблемы пока не критичны, но дальнейшее усиление миграционных процессов и их реструктуризация (в частности, увеличение доли мигрантов из т.н. «дальнего зарубежья») может с большой степенью вероятности поставить этнический вопрос более остро.
Литература:
- Большой толковый словарь русского языка /Авт.и рук.проекта,с ост., гл.ред.Кузнецов С.А. – СПб.:Норинт,1998. –1536 с.
- Зиммель Г. Избранное / Г. Зиммель. – М.: Юрист, 1996.
- Карпенко О. Языковые игры с «гостями с юга»: «кавказцы» в российской демократической прессе 1997-1999 гг./О. Карпенко // Мультикультурализм и трансформация постсоветских обществ / Под ред. В. Малахова, В. Тишкова. – М., 2002. – С.162-193.
- Нетерпимость в России: старые и новые фобии / Под ред. Г. Витковской, А. Малашенко. – М.: Московский Центр Карнеги, 1999.
- Расизм в языке социальных наук / Под ред. В. Воронкова, О. Карпенко, А. Осипова. – СПб: Алетейя, 2002.
- Салагаев А.Л., Сафин Р.Р., Туриянский И.Е. Межэтническая толерантность в Республике Татарстан: молодежный аспект /А.Л. Салагаев, Р.Р. Сафин, И.Е. Туриянский // Первые Казанские социологические чтения «Современное российское общество: состояние и перспективы». Сб. материалов. – Казань, 2005 (в печати).
- Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности /Г.У. Солдатова. – М., 1998.
- Социология межэтнической толерантности / Отв. ред. Л.М. Дробижева. – М., Изд-во Института социологии РАН, 2003.
- Aho J. This Thing of Darkness /J.Aho. – Seattle: University of Washington Press, 1994.
- Barth F. Ethnic Groups and Boundaries. The Social Organization of Cultural Difference /F.Barth. – London: Allen and Unwin, 1969.
- Bogardus, E.S., Davis, J. Immigration and Race Attitudes /E. Bogardus, J. Davis. – Boston: D.C. Heath and Company, 1928.
- Davies, C. Ethnic humor around the world: A Comparative Analysis /C.Davies. – Bloomington: Indiana University Press, 1990. – 404 p.
- Djik T.A. Ideology /T. Dijk. – London: SAGE Publications, 1990.
- Essed, P. Understanding Everyday Racism /P. Essed. – London: Sage Publications, 1991.